Страница 2 из 4 Мы пробили небольшое отверстие. Пахнуло теплым воздухом, да так, что позабивало глаза пылью, увлеченной подземным ветром. - Ну и тяга, как в заводской трубе! - Большая разность температур, - комментировали мы. Бросили вниз камень. Считаем. На двадцатом счете уже не слышно ударов камня о стены. - Хоть есть куда спускаться, - басит Ометов. У нас поднялось настроение. В спешки проглотили изделие Виктора Ишимова, не замечая того что каша не доварена. Теперь настало ответственное время … нет, не спуск – жеребьевка. Когда мы ехали к провалу, каждый из нас хотел спуститься первым. И вот тянем жребий. Обломанная спичка спускается… Короткий торжествующий вопль, мы безнадежно разводим руками, а Виктор Ишимов роется в рюкзаках в поисках комбинезона и налобного фонарика. Мы тоже начинаем искать веревки, репшнуры, карабины. Я обвязываю Виктора, защелкиваю карабин, Игорь Ефремов бегает вокруг него и как заправский Фотокорреспондент щелкает затвором «Зоркого». Ну вот все на местах. Виктор протискивается в щель узкого хода и начинает спуск. И дет вниз осторожно, расчищая путь от камней и проверяет воздух пламенем свечи. Веревка рывками уходила вниз. Пройдено первых сорок метров. Надвязываем веревку. Спуск идет дальше. Щель шириной до тридцати сантиметров, камни, заклиненные между стенами, которые можно использовать в качестве площадок для отдыха. Грязь ужасная: толстым слоем она ползет по стене, срывается, больно бьет по спине и по голове. Все промокло: комбинезон плохо защищает от сырости. Сброшенные камни гремят, затихая где-то внизу, можно сосчитать до двадцати.
|